Кевину приятно было сидеть у открытого окна и вдыхать свежий, долгожданно тёплый воздух. Лугайд сидел рядом. В камине потрескивал разведённый слугой огонь, и на душе у юного принца было легко и спокойно. Он любовался звёздным небом и слушал наставления отца.
– Тебе не нужно будет лгать приютившим тебя людям, – говорил король. – Каждый ищущий семью мальчик называет себя у ворот дома королевским сыном (в какой-то мере так оно и есть), и сопровождающий его воин подтверждает это. Вот и ты скажешь то же самое. А уж если сильно захочется поболтать о прошлом, опять-таки говори правду.
И Лугайд неожиданно погрустнел.
– Что именно говорить, отец? – спросил Кевин.
– Что твоя мать умерла, и что твой отец – благородный и знатный человек, жив и здрав, но судьба разлучила вас, – ответил король. – А вообще вспомни все наставления отца Альбина о пользе молчания и болтай поменьше. Меня он тоже так в своё время наставлял, но, увы мне тоже не всегда удавалось держать язык за зубами.
Кевину всегда становилось грустно, когда вспоминали о маме. Но сейчас он представил себе отца мальчиком, выслушивающим строгого епископа, и против воли улыбнулся. Ведь он тоже, исполняя обычай, жил год вне замка.
– Угадать твоё желание? – спросил Лугайд у сына после недолгого молчания.
– Да, отец, – задумчиво ответил мальчик.
– Ты хочешь расспросить меня о том, как я исполнил древний обычай, ведь так?
– Конечно, отец! – откликнулся, очнувшись, Кевин, и голос его был уже весёлым и оживлённым.
Король вновь немного помолчал, вспоминая прошлое. Воспоминания смягчили суровое лицо властителя. Уголки его губ изогнулись в чуть заметной улыбке. Затем он неспешно начал свой рассказ.
– Каждый ищущий семью мальчик называет себя у ворот дома королевским сыном. Нужно сказать, что бедняге Мерлу было нелегко выдавать себя за престолонаследника. Даже самый недалёкий житель нашего города мог догадаться, что малец с такой внешностью и выговором явно чужестранец, и уж точно не сын светлоликого Мелвина. Я же был похож на отца. Но юный возраст ещё не проявил сходство настолько явно, чтобы безошибочно узнать во мне принца. С Мерлом мы сильно сдружились, когда вместе жили в монастыре, и решили, что будем искать для себя семьи, которые живут по соседству. Видел бы ты, как на него косились, когда он шёл по улицам и стучался в двери! Некоторые мужчины были согласны приютить его, но все женщины были решительно против такого сына. Дочери же их пугливо поглядывали на него из окошек.
Кевин постарался сдержать улыбку. Король заметил это, и продолжил:
– Да, то ли дело теперь. Но тогда он действительно был похож на чертёнка (так его назвала одна перепуганная тётушка) и мы дошли до окраины города, но никто его не принял. А на окраине, за пределами городских стен, жил старый охотник Кунгар, который вместе с женой растил своего внука Лионеля.
– Лионеля?
– Да, твоего нынешнего наставника и моего советника.
– А его родители?
– Они погибли, и погибли страшной смертью. Но не будем об этом. Важно то, что Кунгар, хмуро выслушав заверения Мерла о том, что он «королевский сын», долго размышлял. Потом, проворчав: «Мальчишкой больше, мальчишкой меньше» – впустил усталого мальчика в дом. Его супруга, ныне уже покойная, была не из тех женщин, что спорят с мужьями. Так Мерл нашёл себе кров и семью.
Тогда и я стал осматриваться в поисках приюта для себя. И увидел дом на травянистом холме, возле которого весело играли дети. Было их пятеро, и все они были детьми пастуха Элата: четверо мальчиков – Мельдин, Элвин, Коэль, Федельмид, и их прекрасная сестра Деблаэт. Их родители приняли меня как родного, и среди них я провёл лучший год в своей жизни.
– Отец, – промолвил задумчиво Кевин, – некоторые из этих имён мне тоже хорошо знакомы. Может, это совпадение, но Федельмид и Элвин…
– Это действительно страж северной границы Федельмид, у которого ты так часто гостишь, и монах-священник Элвин, твой крестный отец, который учит тебя мудрости божеской и человеческой. А их сестра Деблаэт полюбила Лионеля, и они поженились. Лионелю тогда было нелегко. Страшные воспоминания омрачали его жизнь, но жизнерадостный Мерл, ставший ему братом, помог мальчику преодолеть скорбь. Вскоре все мы стали неразлучными друзьями, и с тех пор вместе играли, учились, охотились и пасли овец в горах и долинах.
Король вздохнул, и память о прошлом взбудоражила его душу. Он вспомнил, как бродил вслед за овечьими стадами по плодородным горным пастбищам, в сопровождении верных друзей и преданных сильных собак. За плечами – лук и стрелы, в руке – пастушеский посох; глупые ягнята, которые терялись в лощинах, волчьи тени среди деревьев, ночные караулы возле загонов… И что изменилось с тех пор, как он стал королём? Он тот же пастушок, на нём всё та же ответственность. А среди гор, в лесах, в туманных сумерках таится всё та же опасность, которую пока ещё не видишь, но чувствуешь её присутствие. И если ты предугадал её и предотвратил, то ты добрый пастух, а если нет…
Тем временем Кевин пребывал в нерешительности. С малых лет он был приучен к тому, что если ему нужно что-либо знать, то отец или епископ обязательно расскажут ему об этом, а если не нужно, то незачем донимать взрослых бесполезными расспросами. Вот и сейчас он сидел и думал о том, что понятия не имеет о людях, которых звали бы Мельдин и Коэль, и которые были бы близки его отцу. Имя Мельдин носит его братик, имя Коэль он слышит впервые. Что случилось с этими двумя сыновьями Элата? Живы ли они?
– Мельдин погиб.
Кевин взглянул на отца. Лицо совершенно бесстрастное, а в глазах глубокая давнишняя скорбь.
– Мельдин погиб, а Коэль… Я не часто видел его после смерти Мельдина. Об остальных тебе всё известно. До сегодняшнего дня у меня нет более близких друзей, чем они. Но довольно о прошлом. Поговорим лучше о твоём возможном будущем.
Кевин понял, что больше не узнает ничего, однако нисколько не расстроился. Целые страницы из прошлого и настоящего открылись ему, и многое стало понятным. Пройдет время, и он узнает ответы на остальные свои вопросы. А сейчас нужно слушать и запоминать советы и наставления отца.
– Учёбу ты не оставишь, – говорил тем временем король. – Просто будешь учиться с прочими детьми при монастырской школе. Конечно, ты не сможешь читать так много, как теперь, но, думаю, потом тебе будет несложно наверстать упущенное. Сложней обстоят дела с военными упражнениями и верховой ездой. Почти каждый мужчина в нашем королевстве – воин, но вот боевые лошади есть только у немногих горожан. Однако, исполняя обычай, я тоже целый год не ездил верхом, но навыков своих не растерял.
Кевин согласно кивнул головой, а король продолжал:
– Я не знаю, кто из жителей города тебя приютит, и каковы будут твои обязанности в новой семье. В любом случае, ты обязан быть послушным и трудолюбивым. Надеюсь, что у тебя будет достаточно времени, чтобы продолжать тренироваться в стрельбе из лука. Не стану отрицать, что для твоих лет ты уже очень неплохой стрелок. И вот ещё что: у тебя появится возможность в одиночестве или вместе со сверстниками исследовать те места в нашем королевстве, где ты раньше не бывал. Для тебя это будет полезно, однако всегда помни об осторожности. И никогда не забывай о том, что я запрещаю тебе покидать пределы королевства Тариан и совершать долгие путешествия на север, в сторону Дикого Края! Знай, Кевин, что, если ты серьёзно отнесёшься к тем наставлениям, которые получил от меня и от отца Альбина, всё закончится хорошо, и через год мы отпразднуем твоё возвращение в замок.
– Я выполню всё, что вы мне сказали, отец.
– Во всяком случае, постарайся! И тогда полученный опыт станет для тебя бесценным. Такое уж нынче время, что если ты не монах, то должен быть воином. А если ты наследник престола, то должен быть очень хорошим воином. Но при этом ты ещё должен быть мудрым и справедливым, и я уверен, что древний обычай поможет тебе развить в себе эти качества. Подумай хорошенько, нет ли у тебя ещё каких-то вопросов?
– А что если Федельмид приедет в город с сыновьями, или Деблаэт пойдёт с малышами на рынок, и они меня увидят и узнают?
– Не беспокойся. Каждый житель королевства Тариан, который знает тебя в лицо, будет предупреждён.
Кевин вздохнул.
– Жаль, что я не могу прожить год у Лионеля и Деблаэт…
– Как ты и сам понял, это невозможно. Но после соблюдения обычая тебе не нужно будет скрываться от людей, и ты будешь волен гостить у них, сколько душа пожелает, и сколько позволят обстоятельства. Ведь тебе недолго осталось быть маленьким мальчиком, Кевин, совсем недолго!
Огонь в камине погас, и только тлеющие угли тускло освещали комнату. Ночная птица кричала за окном. Стало прохладней, и король, придвинув свой стул ближе к сыну, положил ему руку на плечо. Кевин прижался к отцу, и так они долго сидели и молчали. Лугайд ощущал, как от мальчика исходит лёгкая дрожь, и понимал его волнение. Недели не пройдёт, как в жизни принца всё изменится. В сущности, всё уже изменилось. Да он и сам был взволнован предстоящей разлукой с сыном. Что угодно может случиться за этот год, но на всё воля Господня. Однако мальчику пора отдыхать.
– Пора спать, Кевин, – промолвил король, поднимаясь. – Завтра до рассвета я разбужу тебя, и вместе с Мерлом ты отправишься в монастырь. Хочешь попрощаться с Мельдином и Бритаэль?
– Конечно. Ведь целый год разлуки. Но это ничего.
– Стараешься быть взрослым и суровым воином?
– Ну да.
– Не переживай. Никто не запрещал ни взрослым, ни даже суровым воинам печалиться при разлуке с близкими им людьми.
Король зажёг от уголька в камине восковую свечу, и они покинули комнату совещаний в Восточной башне, а потом по лестницам и переходам направились к спальне младших детей Лугайда. Малыши мирно посапывали в своих кроватках, а старушка-няня Медб уснула в мягком, обитом шкурами зверей кресле с шитьём в руках. Кевин поцеловал братика, поправив при этом скинутое им одеяло, поцеловал сестричку и няню. Никто из них не проснулся. Но он и не хотел никого будить. Завтра отец скажет Бритаэль и Мельдину, что Кевин покинул замок по важным государственным делам, и что через год они снова встретятся. А долгое прощание – лишние слёзы.
Принц вышел в коридор к дожидавшемуся его отцу, прихватив со стола потухший светильник. Он зажёг его от отцовской свечки, вздохнул и признался:
– А всё-таки я больше рад, чем печален.
– Так и должно быть, сынок. Спокойной тебе ночи. Понимаю, что это будет сложно, но всё же постарайся уснуть.
– Спокойной ночи, отец.
Лугайд вошёл в свою спальню, которая находилась рядом с комнатой малышей, а принц, освещая путь светильником, отправился к себе.
Когда Кевину исполнилось двенадцать лет, он попросил у отца позволения поселиться в комнате, которая находилась в Северной башне замка. Отец согласился с тем, что взрослому мальчику лучше жить отдельно от малышей и няни, и Кевин перенёс свои вещи в комнату, где прожил свои последние годы его дедушка – король Мелвин Катгабайл. Кевин действительно хотел жить один, и ему памятны были проведённые здесь вечера, когда он сидел возле старого короля, слушая его рассказы о былых днях и глядя на пляшущий в камине огонь. Помнил он и печальные, но светлые минуты прощания с дедом, покидающим этот мир. Но причина, по которой он захотел жить именно тут, была другой. Как и в комнате совещаний, окно здесь смотрело прямо на север. Туда, где был Дикий Край...
Книга "Легенда о Каменном Мигеле" полностью опубликована мультимедийным издательством Стрельбицкого. Приобрести электронный вариант можно в магазине Андронум – книжном гипермаркете для мобильных устройств. Ниже приведены ссылки, которые облегчат поиск всех частей книги:
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Забытые Двери - Fylhbfyjd Gfdtk Не совсем в формат сайта.История создания такова 6долго и упорно пытался пробить рубрику "Мегаполис в печатном издании,на Родине не приняли,просил случайных знакомых передать в издания их города,но ответа не поступало,пробивался через коммерческие издания ,отчего приходилось работать сутки через день,недавно послал в листудию "Белкин " с нижеследующей исповедью:
Исповедь Фореста Гампа
Повторю телефон Димы. Не знаю настолько уж он знаменит вм вашем
> ВУЗе ,сколь себя обрисовывает...89272864201.Познакомились мы так:
> работал на заводе ,сходил с ума от первой поздней любви (в
> 22!!!года),писал на станке безграмотные стихи и брал дни в счёт отпуска для поездок на историческую Родину. Услышал ,что некто Дима Першин устраивает вечер памяти
> поэта-земляка Седова. У Александра Палыча Седова трагическая
> судьба-выкормыш А Н Калашникова ,будучи актёром ,он много колесил по
> стране ,потом оказался на Родине ,спился ,опустился до ДД на базарном
> радио ,к 40 ни семьи ,ни кола ,ни двора ,накушался таблеток ,опочил ,
> горя не выдержала старуха -мать ,выносили 2 гроба .Известности поэта
> он не сыскал и после смерти ,вспоминают лишь кучка людей. Я долго
> искал сборник этого автора ,удалось купить брачок в
> типографии. Читая ,плакал :я нал уже какие эмоции порождают подобные
> строки. Потом узнаю ,Дима устраивает литобъеденение . Сходил, не
> привычный к подобному ,чувствовал себя не в своей тарелке: какие -то
> старики обсуждают стихи о УХЕ ИЗ КОТА .Дима предложил поступать в
> Литературный ,разбередив старые раны – ведь мечтал об этом с д\с . А тут у меня начались домашние
> проблемы ,больницы. За это время сей литсоюз распался. Одного старика
> муж сей пихал в местный журнал ,со мной занимался по субботам ,пихая в
> Литературный. Группу инв-ти я не получил -не было взяток ,устроиться
> со справкой на лёгкий труд -нереально ,первая любовь не и без моей помощи поступила в медучилище и вышла замуж ,а я оказался в Церкви, где один священник посулил помощь в получении образования. В это время
> он поминал Бикмуллина (мужик пахал на мебельном комбинате ,после
> смерти выяснилось, что -академик. Вроде ,его труд защитили как
> диссертацию ,а потом издали книгой под чужим именем, вроде выпивал от
> этого, а потом сердце не выдержало.)На этом вечере познакомился с
> Лёшей Куприяновым -я давно предлагал Диме пообщаться с ним, но тот
> орал, что рабочие- быдло, мордовский эпос в зачаточном
> состоянии, православные –лукавые ,а в самиздате 90х все
> графоманы ,а я –эгоист ,фаталист и интроверт. Мнение ,что написание некрологов коммерчески выгодно меня
> коробило Раз так достал, что я читаю ненужную литературу, что я
> приволок ему кипу своих книг- Золю, Бальзака и Стельмаха "Думу о
> тебе",после чего он стал их читать. А меня познакомил С
> произведениями Саши Соколова И вот Дима, обозначающий меня
> эгоистом, интровертом ,шизофреником, достоевским и прочая заявляется ,в
> Храм, выдёргивает меня во время службы из Алтаря ,обозначает
> мракобесом, упрямым мордвином ,пугает депрессией, что Церковь меня испортит, там всех пугают адом придирается к
> обуви. потом заявляется через 3дня с думой, что мне надо в
> семинарию. Потом в день когда мне надо было уже быть в Литературном
> через общую знакомую интересовался моей судьбой .НО то что он
> отправил оказалось не добирающем положенного объёма, а он любил в моих
> строках выдёргивать любые зачатки духовного. Я заработал, послал то что сам
> хочу и как хочу -и прошёл...Тут умер священник ,отчего я не поехал в Москву после вызова из Литературного. У гроба его мы встретились с Димой , тогда ещё с косичкой. Я не поехал и после второго вызова –всё надеялся, не смотря на отсутствие возможностей ,сперва чего –то достичь. Потом мы не виделись. я полностью был в
> ауре православия -и то было самым лучшим временем моей жизни. Видел
> его редко и случайно, знал что в музыкалке ставит голос, раскручивает
> свою группу .У мызшколы советовал о снятии полдома у старухе в Пензе и устроиться педагогом ,а ещё искренне радовался,что я не испорчен Церковью .А я уже побывал в Монастыре,где не получил благословения на творчество,пытался уйти из Церкви и написал психологическую работу (www.serbin1.narod.ru ),кою, не смотря на заверения препода никуда до сих пор не пристроил, ибо это считается неугодным Богу. Раз пересёкся с ним на квартире его мамы, где он жил
> после нового развода ,он вспоминал мою обувь, из-за которой на меня не
> посмотрят девушки. Знал бы как смотрели когда в дедовых обносках
> ходил до 20 лет...Дима продолжал ставить театральные зрелища ,на которые я не ходил, т. к. чувствую себя в подобной атмосфере не в своей тарелке. А потом окончательно ушёл из Церкви ,т .к. там пытались склонить на свою сторону ,а я не хотел отрекаться от творчества. Дальше я болтался по городу. Тут предложили это место
> корреспондента , хотелось заявит о нём ,встретились Он позвонил в
> редакцию и наорал в трубку .Рассказывал о первых шагах в инете, звал
> с собой. Написанную статью он привычно потерял, написал новую .Многим
> людям рекомендовал его, да весь литгород тащил за свой счёт в сеть .Но
> у Димы ежедневно меняется мнение .Он ничего не помнит -2жена как -то
> его стабилизировала ,а сейчас некому. Ходил я каждый день в этот
> салон и рассказывал адресатам, какие проблемы не позволяют переслать
> Диме свои вирши .А б\п он и не будет. Он восстанавливал литклуб
> ,скачивал материалы ,находил идеи -он терял и забывал Пошёл потом на
> мойку .Надеясь, что пробью рубрики о таких Димах в молодёжках и буду получать гонорары
,да их порадую ,Дим этих.. После Церкви я ,вообще, долго болтался по низко оплачиваемым работёнкам ,на которые не каждый и пойдёт. Иногда я не мог даже содержать майл , не раз закрывал ящик и пользовался обычной почтой. Зряплата когда не дотягивала и до 1- 2 тысяч рублей, сшибал в Церкви, но тупо тратился на сеть ,пытаясь выйти на диаспору афророссиян и самиздатчиков 90х,что разбегались от меня как от бабайки дети. Нередко меня убеждали, что мои попытки чего –то достичь нереальны ,а я продолжал идти вперёд. Так однажды я узнал о Иноке Всеволоде и долго надеялся, что он поможет пробиться в творчестве ,что ,конечно же ,не кормит ,а разоряет, особенно когда комп недоступнее летающей тарелки. Зашивался ,звонил ему чуть не каждый день, просил передать фото
> для оформления наборщикам, не пришёл ,в салоне подготовил папку, где
> разжевал куда и что ,не пришёл .»З.Двери» вышли на Кружевах
> -предъявил ,что ничего не показывал Потом издал уже без оформления в
> Крае Городов, отнёс его маме экз ,он его потерял. После мойки оказался в Пту,выходило меньше поди даже500 в месяц .В это время переписывался с одной девчонкой ,долго и подробно. И даже пригласил в Дивеево. Но она видела это смешным и глупым, обозначала меня наивным, эгоистом, говорила ,что использую людей и что она – не цветочек аленький и согласна пойти официанткой в ночной клуб, чтоб быть честнее. Но она ,не подозревая, вернула меня в Храм, откуда я ушёл и как прихожанин. Потом, ковыряясь в церковной грядке ,я встречу девушку, что из- за проблем с трудоустройством долго отирается при Храме за паёк. Мне она западёт душевными качествами .Однажды мы долго будем стоять в подъезде, она будет рассказывать скольких ухожёров отшила ,т. к. мечтает стать монахиней, и лишь тогда я пойму насколько смешно и глупо выглядел в переписке ,которую прекратил, кстати, пытаясь в очередной раз вернуться в духовное русло. Потом стал видеть его, Диму,
> в Храме ,где он говорил ,что...в следующей жизни будет монахом. Появление его, почти лысого, спустя года три, для меня было неожиданностью. Я попросил его сканировать фото свои для Белкина, он как всегда пообещал ,потом забыл и не захотел оформлять мой текст. Так что – на прямую к нему .Просил
> оформление послать Вам, проигнорировал ,в воскресение поцапались ,а в
> понедельник подобрал меня к себе поговорить. Учил жизни ,не давал договорить ,привычно не мог выслушать ,а я был, не смотря на хроническую трезвенность ,впервые и, надеюсь , в последний раз выпимши и мне было херово –одна девчонка брала для своего сайта мои рукописи ,а теперь из не найду
> и сватал какую-то пухленькую массажистку, а у меня ,стоит увидеть на ульце ту первую любовь по –прежнему предательски ёкает сердечко ,да и согласен остаться один или привезти с отцовой деревни девчонку из неблагополучной семьи, лишь бы за писанину не стучала сковородкой по башке. Журил что я никогда не буду классиком и сам не знаю чего хочу ,что не пишу в местную
> прессу ,где за месяц дают 700 рублей. Но это не мой уровень ,и я вырос из этих штанов
